ny
 
 
Главное меню
Главная
Новости
Творчество
Проекты
Участники
Весточки
Фотоальбомы
Контакты
Пресса о КИП
Маршруты, стоимость услуг
Школа юного туриста
Видеосюжеты
Информация для турагентств
Детская ежегодная комплексная экспедиция "КИП"
Историко-этнографический парк "Земля предков"
 
НАРОД, ЖИВШИЙ КОГДА В ГОРАХ УРАЛА. ЧАСТЬ III Печать E-mail
26.04.2010 г.

Часть III От луков до «мелкашки» через слопцы и гимги.

 

     Охотники у всех народов были людьми практичными и изобретательными. Глядя на каменные и костяные орудия, удивляешься, какого мастерства необходимо было добиться, чтобы из булыжников изготавливать сначала примитивные, а затем и более совершенные. И лишь спустя много времени перейти на более изощрённые методы охоты и ловли. У каждого народа выработались не только свои каноны добычи зверя и рыбы, но и уважение к определённым представителям животного царства.

Уральские манси всегда были великолепными промысловиками, сумев сохранить в себе черты предков кочевников с юга и предков таёжных охотников с уральских гор. Веками совершенствовали они орудия для охоты. Правда, были вынуждены подстраиваться под время и пришлых людей.


    Долгое время манси не использовали огнестрельного оружия на охоте, обходясь луками, стрелами, хитроумными ловушками. Несмотря на то, что их культура развивалась в тайге, вогулы добились серьёзных успехов в создании как военных доспехов, так и в охотничьем оружии. Их луки и стрелы вырабатывались не один поколением. Подбирался материал для них, совершенствовалось изготовление. Так со временем луки манси стали собирать из нескольких частей из определённой породы древесины, а затем склеиваться рыбным клеем. И луки у манси, в конце концов, получались добротные и мощные. С ними охотники ходили и на крупного зверя, и более мелкого.

 Но время шло. С проникновением русскоязычного населения на Урал у манси также стали появляться ружья. Они сослужили добрую службу для лесных охотников, которые наряду с традиционными луками всё больше стали применять огнестрельное оружие. А луки и стрелы остались в основном для ритуальной практики. А ведь ещё в XV веке мансийские стрелы с наконечниками с прорезями вызывали ужас даже у русских ратников, закалённых в битвах за интересы Московского государства, поскольку свист из-за прорезей был характерен и неизменно нёс погибель врагам. Но это ведь было в средневековые времена!

Ныне, правда, в потаённых уголках некоторых мансийских домов до сих пор хранятся стрелы с коваными наконечниками – ведь прародителями части мансийского народа были богатыри!

Ну, а старинные ружья стали исчезать также незаметно, как и весь мир манси. Хотя, ещё в конце ХХ столетия в некоторых мансийских домах можно было найти один-другой  кремниевый огнестрельный экземпляр в память об ушедших славных охотниках-предках.

    Сейчас все ходят в лес с современными ружьями. У кого помощнее и подороже, у других попроще, но тоже надёжные «стволы». А вот у манси такого нет. Да и не на что ему купить новое и дорогое ружьё. Читая отчёты и записки двадцатых-тридцатых годов, постоянно сталкиваюсь, что манси всегда были чрезвычайно зависимы от пороха, патронов и тому подобного снабжения. Даже иногда жаловались, что в царское время купцы вовремя привозили необходимые им охотничьи припасы.

     Позднее ситуация изменилась – снабжение стало регулярным. Манси даже стали входить в колхозы. Один из них – колхоз «Красный туземец» был исключительно охотничьим. Включал в себя 15 хозяйств мансийцев из исследуемых нашей «Командой» поселений Массавы, Вершины, Оуса. Но поскольку был «на отшибе» спрос с него был невелик. Да и оленей в хозяйстве было всего лишь восемь штук (на конец 1935 года)!

Остальные, например, колхоз имени Карпинского специализировался на сельском хозяйстве, другие были полукочевыми.

Это не означает, что манси не охотились. Наоборот, среди них были настоящие герои, сдававшие в Заготконторы отличную пушнину, да ещё и в больших количествах. Жизнь лесных охотников со временем стала налаживаться. Манси относительно добросовестно добывали мясо и пушнину, а государство снабжала всем необходимым.

Но война помешала. И снова необходимо было выходить из ситуации, причём сдавать мясо и рыбу в огромных количествах: фронту нужно было достойное питание.

    Тогда и рыбу, и мясо заготавливали в бочках; в них же отправляли на Большую Землю авиацией через Ивдель. Но это было давно.

    Новое время манси встретили со старыми ружьями, с устаревшим подходом к пушнине, которая сейчас обесценилась. Государству и частным лицам не выгодна стала охота манси на пушного зверя. Зверь стал не тот и гораздо меньше по количеству, манси со временем разучились толком выделывать шкурки, да и себестоимость их стала невыгодной. В общем, охота стала приобретать новые и невыгодные для коренного населения черты.

      Зимой 2005 года во время V мансийской экспедиции мы столкнулись с тем фактом, что один из наших информаторов Анна Кирилловна Хандыбина (в девичестве Курикова) получила заказ на выделку шкур ондатры. Как оказалось, эта пожилая леди на восьмом десятке лет жизненного пути остаётся одной из последних мансиек, умеющей выделывать шкурки. Вырождаются настоящие мастерицы!

     К тому же у свердловских манси нет оленей. Совсем. Оттого нет традиционного уклада жизни – некого да уже и некому каслать (проще сказать пасти) оленей на Урале. Старики, те, кто умел это делать и что-то ещё помнил из прошлого, умирают. А передать опыт нет возможности. Раз не стало оленей – исчезли шкуры, кости, сухожилия, в общем, не стало материала, из которого можно было что-то мастерить. И это не только губительно сказывается на традиционном укладе жизни, питании, занятиях – это кардинально изменяет жизнь современного лесного народа.

    Но, несмотря на плохенькие ружья, манси остаются охотниками «от бога». Даже в современных условиях. Ещё в середине прошлого века манси могли гордиться своими успехами. Тот же Никита Владимирович Бахтияров, зять Николая Алексеевича Пакина, чьи сыновья проживают до сих пор на реке Пома. Никита Владимирович был известен своими «медвежьими» успехами – за свою жизнь добыл более сорока медведей. К нему приезжали на охоту разные люди: военные, чиновники, да и просто любители. Порою также заставляли нарушать законы – ведь начальство как ни как!

Супруга его Акулина Алексеевна Пакина также добывала зверя. Сохранилась старая фотография, на которой она возле туши добытого ею хозяина леса. Та же Анна Кирилловна ходила на охоту пока глаза видели. Такие вот они, мансийские женщины!

    Передо мной несколько старых фотографий, которые здорово иллюстрируют рассказы и путевые записки давних исследователей, сталкивавшихся с мансийскими охотниками. Сейчас подобных фотографий найти очень непросто. Но именно на них сохраняются старинные достижения мансийских промысловиков.

     Вот фото с мансийским охотником, настраивающего самострел. Давно ещё вогулы стали подмечать, что лоси и олени с трудом перепрыгивают изгороди и любые подобные препятствия, предпочитая их обойти. Что-то в них мешало и сбивало с толку копытных.

Вот это-то и использовали хитрые и практичные манси. В конце этой изгороди они, как правило, и устанавливали мощные самострелы. Причём по описаниям и заверениям опытных исследователей и самих лесных охотников эти самострелы обладали такой мощью, что выпущенные стрелы из них пробивали грудную клетку лосей и оленей. Вот такое страшное орудие и успел зафиксировать один из исследователей.

    Я несколько раз «пытал» стариков манси, стараясь выведать, давно ли они видели последние самострелы. Большая часть из пожилых охотников, усмехаясь, говорила: «Та нет. Их давно уже не ставят. Я видел только в детстве…..». И лишь деда Дима Мульмин сказал (да и то не сразу!), что видел в окрестностях Пелыма несколько полусгнивших таких самострелов. Правда, задумавшись на несколько минут, добавил: «Давно… Не найти сейчас…».

     Самострелы исчезли в прошлом, сгнивая и распадаясь на части в глухомани уральской тайги. Но манси на охоту продолжают ходить. Порою даже с «мелкашкой».

- «А другого у нас нет, - признавался мне деда Петя Хандыбин, когда ещё был жив. Это у вас хорошие ружья, а у меня осталось только такое, да и с ним я уже не ходок. Старый больно стал….».

    Жизнь сильно меняет их, старых и молодых мансийцев.

    Да, и пришлые люди привносят в жизнь манси свои «законы». В январе 2004 года мы оказались свидетелями ситуации, когда двое русских (во всяком случае, не манси) мужиков в вахтовке, в которой мы ехали из Вижая в Бурмантово, выманили за бутылку водки у манси заднюю ногу лося. То есть пятьдесят килограмм мяса за смешные шестьдесят-восемьдесят (хотя я сомневаюсь в верхней планке цены) рублей!

А ведь ныне добыть лесного красавца-лося не так легко. Изменяется климат – зимы не те, снега выпадает гораздо меньше, - вот и зверь мигрирует вдоль хребта, ища удобные места для зимовки и проходы в горах. А ведь ещё сто лет назад было совсем по-другому.

     Вот пример. В начале прошлого века 13-летний подросток-манси Филипп, по прозвищу Пилька, сын известного охотника Даниила Чекатова по насту сам добыл 13 лосей. Этот факт подметил уездный врач, исследователь коренных народов Севера, и сам страстный охотник Эмиль Марианович Сенкевич. Тогда Пильке повезло. Наст резал ноги лосям, отчего они и сбились в кучу в одном месте, куда и попал юный охотник.

    Современная ситуация с охотой у манси стала двоякой. С одной стороны, они вынуждены добывать зверя, чтобы как-то прокормиться. Но для этого нужны современные ружья. Ведь охотники из мегаполисов, приезжающие на промысел на север гораздо лучше оснащены нарезными ружьями и прочим снаряжением. Оттого и возможностей для добычи зверя у «варягов» гораздо больше. Значит, манси необходимо нарушать законы, чтобы добиться успеха.

   С другой стороны, пришлые сами редко соблюдают охотничьи правила, о чём сами манси жалуются. Получается, что и те и другие браконьеры. Только по разным причинам.
   Казалось бы, у манси есть на бумаге свои охотничьи угодья, но на них зарится масса народа, да и зверь стал более чутким – понимает, что его жизнь находится в опасности. Не то, чтобы зверя совсем не стало – нет, конечно, его меньше, но и конкуренция жёсткая.

    Кроме огнестрельного оружия манси кое-где ещё по старинке применяют слопцы – ловушки-давилки. Хотя они рассчитаны, в основном, на птицу, кое-какой зверёк из куньих туда забредает. Правда, всё меньше их, деревянных ловушек. Лично мне известно лишь несколько слопцов в рабочем состоянии; их меньше десятка осталось в северной уральской тайге.

     Совсем недавно возле одной старой мансийской тропы, по которой сейчас ходят туристы, я нашёл несколько старых капканов на кидуса – помесь соболя и местной куницы. Но ими давно уже никто не пользовался – капканы заржавели, дерево прогнило…. 

Мир охотников резко меняется.

    Но рыбалка, как и в прежние годы, остаётся традиционной добычей и смысла жизни у манси. Когда-то они изготавливали огромные ловушки гимги, в которые набивалось рыбы видимо-невидимо. На Оби и её крупных притоках даже устанавливали гимги длиной 5-6 метров (в 2-3 человеческих роста) – такая была рыбалка в те годы. Сохранилось несколько фотографий в Русском Этнографическом музее начала двадцатого века, запечатлевших рыбаков с такими огромными ловушками.

    В нашем фотоархиве, насчитывающем полторы тысячи фотографий разных лет, есть уникальные кадры, на которых видно, как устанавливались длиннющие запоры (изгороди на реке) через широкую гладь Пелыма, оставляя небольшое отверстие для миграции рыбы, в которое и устанавливались подобные ловушки.

     Порою хитрющие и практичные манси устанавливали двойную изгородь-запор, внутри которой и плавала всегда свежая рыба. Очень продуманно: живая рыба прямо под рукой!

      И хотя фотографии эти часто слегка смазаны, скромны в размерах, да и качество уже не то, ценность их велика – на них запечатлён уникальных мир исчезающего народа.

      В двадцатых годах прошлого века всё стало меняться. Страна добивалась равенства. В истории народа манси есть эпизод, связанный с проблемой равенства мансийского народа и с запретной территорией для ловли рыбы. В незапамятные времена шаманы одну из северных рек объявили священной, назвав её Ялпынг-я (священная река). В ней не то что было запрещено ловить рыбу, но и подходить к ней «простым смертным манси» нельзя! Рыба чувствовала себя в этой «заповедной реке» великолепно. Её никто не тревожил, лишь изредка сами шаманы позволяли себе ловить в ней рыбку втайне от всех. Рыбалка была знатная! Получился этакий шаманский рыбный заказник. Для избранных. В советское время, безусловно, всё изменилось. Судьба последнего шамана с Ялпынг-я трагична – он был «наказан» за столь неравноправные действия, впоследствии сгинув куда-то (история умалчивает об этом!). А рыбу в реке стали ловить все. Но спустя время её не стало и там. Так что Ялпынг-я изначально была рекой для избранных, но и рыба в ней водилась?

      Что же сейчас с рыбалкой на севере?

В новые экономические времена стало популярно среди горожан крупных мегаполисов ездить за экстримом на север. Ловить кайф! Что ж хорошее дело.

       И за рыбкой тоже стало популярно ездить. Если раньше сетями ловили, выбирая только крупные экземпляры, то сейчас не гнушаются ничем. Да и сети уже не актуальны – мало получается! На смену пришло средство помощнее – электроудочка. От неё эффект большой, но и вреда масса: рыба становится дурной, как говорят в народе, контуженной. Не размножается и в привычные места (небольшие притоки крупных северных рек) не идёт.

Летом я каждый раз сталкиваюсь с браконьерскими «результатами»: то в арендованной нами с «хребта» вахтовке вместе с нашей туристской группой вывозят банки с хариусом, то найдёшь следы браконьерских стоянок, да мало ли каких в тайге тайн!

     А группы, которые мы сплавляем по северным рекам с целью настоящей рыбалки с каждым годом всё меньше и меньше могут похвастаться своими уловами.

     В прошлом сезоне и знакомые мне рыбаки, и местные жители выловили совсем мало рыбы, а этим летом рыбы почти не было. Ни в Лозьве, ни в Сосьве, ни в Пелыме. Всё резко меняется.

      Вот только к чему это всё приведёт?

 

Опубликовано в журнале "Уральский Следопыт" № 4 / 2010 год.

 

 Алексей Слепухин,

действительный член Русского Географического Общества

 

Наталья Бердюгина,

действительный член Русского Географического Общества

 
« Пред.   След. »
Случайное фото

Сплав по реке Серга, июль 2005. Девушки


Массовый сплав коллектива 'Курико' по реке Нейва - июнь '09. Готовим завтрак


Экспедиция "Зимняя Сказка", февраль 2007 года. Наблюдатель